Вернулись домой, а дом уже не тот. Как заново привыкают к Беларуси
Вернулись домой, а дом уже не тот. Как заново привыкают к Беларуси
Айтишники и их семьи не выдержали за границей.
«Нас везде любят и уважают». Чем гордятся беларусы (и что делают, если кто-то неправильно про нас думает)
«Нас везде любят и уважают». Чем гордятся беларусы (и что делают, если кто-то неправильно про нас думает)
«Объясняю, просвещаю».
«Я нигде не свой». Что (не) помешало экспатам влиться и кто (не) собирается назад
«Я нигде не свой». Что (не) помешало экспатам влиться и кто (не) собирается назад
В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоидентификацию беларусов в эмиграции. Превратились ли они в иностранцев и как поддерживают связь с родиной.
«Теперь я живу в Каире». Как сложилось у молодёжи, которая оказалась в Польше после протестов-2006
«Теперь я живу в Каире». Как сложилось у молодёжи, которая оказалась в Польше после протестов-2006
Dzik побеседовал с тремя выпускниками первого набора программы Калиновского.
«Трасянка». На каких языках говорят в эмиграции — дома, на работе и с детьми (с беларускай мовай всё интересно)
«Трасянка». На каких языках говорят в эмиграции — дома, на работе и с детьми (с беларускай мовай всё интересно)
Посмотрим, на каких языках беларусы за границей общаются в повседневной жизни и что по этому поводу думают/чувствуют.
«Чем больше тревоги (например, про войну), тем враждебнее общество к чужакам». Почему нас ксенофобят и как с этим жить
«Чем больше тревоги (например, про войну), тем враждебнее общество к чужакам». Почему нас ксенофобят и как с этим жить
Антимигрантские настроения и ксенофобия — новая формирующаяся реальность в Европе и мире.
«Ты из другого теста». Как самим оставаться и растить детей за границей беларусами (и стоит ли!)
«Ты из другого теста». Как самим оставаться и растить детей за границей беларусами (и стоит ли!)
Проект «Тамтэйшыя» поговорил с читателями о том, как они растят детей за границей беларусами, а дети — их.
«Пока была работа, не чувствовала себя эмигранткой». Кем считают себя уехавшие — недавно и давно
«Пока была работа, не чувствовала себя эмигранткой». Кем считают себя уехавшие — недавно и давно
В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоидентификацию беларусов в эмиграции. Превратились ли они в иностранцев и как поддерживают связь с родиной.
В чём разница между «уехать из Беларуси» и «приехать в Польшу»? 25-летняя инженер EPAM написала книгу про эмиграцию
В чём разница между «уехать из Беларуси» и «приехать в Польшу»? 25-летняя инженер EPAM написала книгу про эмиграцию
25-летняя учительница польского языка, недавно ставшая системным инженером в EPAM, Дарья выпустила книгу о «коллективном» опыте миграции. Она так и называется — «Я/Мы Эмиграция», и в ней рассказывается обо всём, что хорошо известно каждому релоканту.
«Мы уже разные». Как это — быть беларусом, даже когда давно живёшь не в Беларуси? Читатели делятся опытом
«Мы уже разные». Как это — быть беларусом, даже когда давно живёшь не в Беларуси? Читатели делятся опытом
Татьяна спустя 11 лет в Польше отлично владеет языком и не стесняется акцента. Ян из Словении когда-то делал для коллег «русские вечера» с пельменями, макаронами по-флотски и водкой. А Сергей любит готовить драники в Лондоне и угощает ими друзей, чтобы объяснить, откуда он.
Мы собрали три личные истории беларусов, которые уехали из страны в разное время и по разным причинам. Они живут в разных странах, говорят на разных языках и по-разному выстраивают свою жизнь. Но все по-своему продолжают держать связь с родиной.
Наследие без наследников. Зачем беларусы создают виртуальный Еврейский музей
Наследие без наследников. Зачем беларусы создают виртуальный Еврейский музей
От Шклова до Мира, от Волпы до Ошмян. Почти каждый небольшой город в Беларуси когда-то был штетлом. Сегодня об этом редко напоминает что-то, кроме архивов и полуразрушенных зданий.
Ответом на это стал Центр беларусско-еврейского наследия — междисциплинарный проект, который соединяет исследования, технологии и культуру и стал «музеем без стен».
«Цярплівыя і працавітыя, як кітайцы». Як нас бачыць кітайскі магістр беларускай філалогіі (ён пажыў у Мінску, Маскве і Кракаве)
«Цярплівыя і працавітыя, як кітайцы». Як нас бачыць кітайскі магістр беларускай філалогіі (ён пажыў у Мінску, Маскве і Кракаве)
Размаўляе на беларускай не горш (цi лепш?), чым беларусы.
Хотят домой, но не могут. А иногда уже и не хотят. Беларусы в эмиграции — кто мы/ они? Ресёрч, часть 1
Хотят домой, но не могут. А иногда уже и не хотят. Беларусы в эмиграции — кто мы/ они? Ресёрч, часть 1
В проекте «Тамтэйшыя» исследуем самоощущение беларусов в эмиграции.
«Спрашивают: как жить без нескольких тысяч евро за душой?» Golang-разработчик живёт в Познани, зарабатывает филологией (беларусской!) и больше не хочет в ИТ
«Спрашивают: как жить без нескольких тысяч евро за душой?» Golang-разработчик живёт в Познани, зарабатывает филологией (беларусской!) и больше не хочет в ИТ
Восемь лет назад у Александра Клюева был план — изучать искусственный интеллект. Парень поступил в БГУИР, стал Golang-разработчиком. Але лёс склаўся так: сейчас он живёт в Познани, изучает беларусскую филологию и зарабатывает переводами на беларусский язык.
«Вложил деньги от продажи дома в Беларуси». Как появилась «Камароўка» — ностальгический маркетплейс
«Вложил деньги от продажи дома в Беларуси». Как появилась «Камароўка» — ностальгический маркетплейс
Дмитрий Завадский — беларус, который уже больше трёх лет живет в Германии и все это время создает настоящий беларусский маркетплейс. Началось с желания покупать книги на родном языке в эмиграции, но быстро переросло в большой и амбициозный проект — KAMAROŬKA, где люди со всего мира могут покупать беларусские товары.