Посмотрели на план новой китайской пятилетки, где ИИ упоминается больше 50 раз, и узнали мнение экс-сотрудника беларусского офиса Huawei.
Посмотрели на план новой китайской пятилетки, где ИИ упоминается больше 50 раз, и узнали мнение экс-сотрудника беларусского офиса Huawei.
Идею развития плановой экономики пятилетними периодами КНР «подсмотрела» у СССР, который начал жить пятилетками в 1928 году. Но Советский Союз сошёл с непростой дистанции строительства коммунизма уже после своей 12-й пятилетки в 1991 году. Тогда планету только начала окутывать всемирная интернет-паутина, радиоприёмников в семьях было заметно больше, чем персональных компьютеров, а словосочетание «мобильное приложение» ввело бы в ступор и программистов, и филологов. В то же время Китай в начале 1980-х годов отказался от жёсткого экономического планирования и стал строить «социалистическую рыночную экономику». В результате Китай вступает в 2026 году уже в 15-ю свою пятилетку.
Долговечность китайской системы позволяет взглянуть на то, как экономика огромной страны под властью коммунистической партии переходит на постиндустриальные рельсы. Этот опыт выглядит интересным с точки зрения жителей постсоветского пространства, с разным успехом прошедшего через рыночную трансформацию. Как выглядит пятилетний план огромного коммунистического государства в 2026 году и какое место в нём занимают ИИ-технологии?
Хотя новый план пятилетний, горизонт планирования в нём заметно шире и ограничен 2035 годом. К этому времени китайцам обещают, что ВВП на душу населения в их стране достигнет уровня «умеренно развитых стран», а жизнь людей станет счастливее и лучше.
Также к 2035 году планируется «в основном завершить» так называемую «социалистическую модернизацию» Китая — процесс, который начался с рыночных реформ Дэн Сяопина в конце 1970-х — начале 1980-х годов. Модернизация в Китае — это не какой-то постоянный технический процесс, а идеологизированная цель, достижение которой можно сравнить со «строительством коммунизма» в СССР.
Авторы предисловия к сборнику цитат нынешнего председателя КНР Си Цзиньпина осуществление модернизации называют «мечтой, к которой неуклонно стремится китайский народ» и утверждают, что «китайская модернизация создала новую форму человеческой цивилизации». И вот эту цель китайские власти к 2035 году планируют «в основном» достигнуть.
На саму 15-ю пятилетку запланированы «новый серьёзный прогресс в построении Прекрасного Китая», «существенное повышение уровня самодостаточности в науке и технике», «новые прорывы во всесторонних и глубоких реформах» и создание «более прочной стены национальной безопасности».
В экономической сфере новый пятилетний план делает акцент на построении современной производственной системы, развитие реального сектора, укрепление внутреннего рынка и расширение внутреннего спроса.
Никакого сворачивания рыночных реформ в коммунистическом Китае не ожидается: власти обещают «поддерживать справедливый и конкурентный рыночный порядок» в экономике.
Отдельный раздел посвящён зелёной трансформации экономики: Китай подтверждает свой курс на достижение углеродной нейтральности. Правда, в очень отдалённой перспективе.
В сообщениях о новом пятилетнем плане Китая упоминается, что он занимает 141 страницу, на которых искусственный интеллект упоминается более 50 раз. К 12 марта полная версия документа всё ещё не появилась в открытом доступе. Зато на сайте Всекитайского собрания народных представителей, которое принимает подобные документы, опубликована его сокращённая версия, ужатая примерно до 30 страниц.
ИИ в этой выжимке напрямую упоминается пять раз, и ещё пять раз здесь всплывают сущности вроде «интеллектуальных технологий» и «цифрового интеллекта», которые, судя по контексту, тоже тесно связаны с ИИ.
Какое место ИИ должен занять в коммунистическом государстве в 2026–2031 годах? Составители плана 15-й китайской пятилетки прекрасно осведомлены о том, как воспринимают ИИ на его нынешней ступени развития «акулы капитализма». И их идеи о перспективах его использования во многом перекликаются с теми, что озвучиваются ИИ-оптимистами на Западе.
Компартия Китая через новый пятилетний план обещает гражданам КНР развивать ИИ-технологии и активнее их использовать. Расширение использования ИИ, в свою очередь, должно содействовать экономическому и социальному развитию страны, повышать эффективность управления и привести в конце концов к «революционному скачку» производительности труда.
Чтобы получить все эти выгоды, планируется подвести под них соответствующую технологическую базу. В ближайшие пять лет Китай будет «всесторонне содействовать развитию цифровых и интеллектуальных технологий», обеспечивать ИИ вычислительными мощностями, строить инфраструктуру, развивать разработку необходимых алгоритмов, расширять международное сотрудничество в области ИИ. Коммунистические власти собираются плотнее интегрировать ИИ в промышленность, культурную и социальную сферы. Ожидается, что всё это позволит Китаю занять «лидирующие позиции в применении ИИ».
Все эти связанные с ИИ процессы компартия Китая не собирается пускать на самотёк. Для контроля над ИИ планируется создать «научно обоснованный и эффективный» механизм его регулирования.
ИИ в новом пятилетнем плане выглядит как драйвер для китайской промышленности и экономики в целом, который даст им долгожданный буст и поможет выйти из застоя последних лет. Проблема в том, что в текущем моменте ставка на ИИ не выглядит такой многообещающей. По оценке американской исследовательской компании Rhodium Group, за последние три года новые отрасли (ИИ, робототехника и электромобили) принесли экономике Китая меньше 1 процентного пункта дополнительного дохода. И это при том, что традиционные сферы, включая недвижимость, в совокупности «просели» на 6 процентных пунктов.
Чтобы компенсировать спад в других отраслях и вывести экономику на запланированные темпы роста около 5% в год, Китаю потребуется семикратное расширение новых отраслей. Как считают эксперты Rhodium, темпы производства электромобилей уже приблизились к пику. Если это так, резервы для роста придётся искать как раз в ИИ и робототехнике. Получится ли у Китая за пять лет провести многократное масштабирование этих отраслей — хороший вопрос.
Но если предположить, что Китай найдёт необходимые инвестиции и блестяще выполнит все задачи пятилетнего плана, которые касаются ИИ и робототехники, здесь-то и начнётся самое интересное. Параллельно с развитием новых отраслей китайские власти обещают избегать в грядущей пятилетке заметного роста безработицы и даже хотят расширить возможности для трудоустройства молодёжи. Вопрос занятости очень болезненный для Китая, где к концу 2025 года уровень городской безработицы превышал 5%, а среди молодёжи достиг 17%.
Однако широкое внедрение в экономику ИИ и роботов напрямую мешает планам держать безработицу в узде. Новые отрасли могут обеспечить работников более высокой зарплатой — но в них будет занято меньше людей, чем в традиционных отраслях.
По оценке инвестиционной компании KKR, усиление автоматизации китайской промышленности может привести к потере до 100 млн рабочих мест в ближайшее десятилетие. Это около 13% от численности рабочей силы Китая — и сопоставимо с совокупной численностью всей рабочей силы Германии, Франции, Польши и Беларуси (98 млн человек).
В современной КНР марксистко-ленинская идеология сочетается с очень заметной рыночной экономикой, чего не было в СССР. На советских государственных предприятиях существовали штатные должности комсомольских и партийных работников. Эти секретари парткомов, парторги, а также активисты и пропагандисты по долгу службы помогали трудовым коллективам не отклоняться от курса партии и доводили до них пространные программы очередных пятилеток, одобренных съездами КПСС. Но как подобные партийные документы и программы отражаются на работе частных китайских компаний?
Посмотреть на это нам помог выпускник БГУИР Дмитрий*, который достаточно долго работал в беларусском офисе китайской компании Huawei (многие из сотрудников этого офиса были гражданами Китая):
— Мне сложно сказать, как китайцы относятся к документам вроде программы очередной пятилетки. Все годы, что я работал в Huawei, политические вопросы у нас на работе не обсуждались. Может быть, пару раз что-то такое упоминалось, но точно очень вскользь — я реально не помню.
Возможно, пятилетки как-то отражались на бизнес-планировании. По крайней мере, я слышал, что на уровне менеджмента в компании для каждого офиса готовился пятилетний план.
Какого-то сотрудника вроде заместителя по идеологической работе, которые сейчас вроде стали появляться в частных компаниях в Беларуси, у нас там тоже не было. Похожие функции мог выполнять комитет по этике. Это такой коллективный выборный орган в общей модели сдержек и противовесов компании Huawei. Он, например, перед назначением кого-либо на руководящую должность проверял человека на соответствие общим этическим требованиям. Туда же, как в «Спортлото», можно было пожаловаться на что-то нехорошее.
Впрочем, этот комитет был не особенно похож на какой-то «партком», который должен был бы проводить политику китайской компартии.
Этические принципы, соблюдение которых контролировал этот комитет, не были политическими: «не воруй», «не пьянствуй», «не играй в казино», «не прелюбодействуй». Потому что такие действия ставят тебя в уязвимую позицию — а ты, как руководитель, отвечаешь за деньги.
Я не уверен, что что-то подобное есть во всех китайский компаниях. В Huawei всё-таки очень сильны принципы меритократии. Там постоянно происходят ротации, идёт борьба с непотизмом. Существует разветвлённая система сдержек и противовесов, действует коллегиальное управление комитетами и так далее.
Стоит ли что-то за амбициозными планами, согласно которым ИИ должен помочь совершить Китаю «революционный скачок» производительности труда? Как мне кажется, достаточно съездить в Китай, чтобы понять, что скачок они уже совершили. Вопрос здесь в том, кто будет главным бенефициаром этого роста производительности.
В странах «золотого миллиарда» за последние сто лет им стал в основном крупный капитал. Ведь вроде бы ясно, что если производительность труда вырастает в два раза, значит, и работать мы должны в два раза меньше. Но на практике ведь это совсем не так. С 1920-х годов производительность труда в развитых экономиках выросла в десятки раз. Но люди как работали по 8 часов в день, так и работают. Да, благосостояние обычных граждан тоже выросло, но именно капитал благодаря росту производительности вырос на несколько порядков.
Как Китай обойдётся с этим ростом и кто станет главным выгодополучателем от него — пока непонятно. Программа новой пятилетки обещает, что жизнь людей станет счастливее и лучше. Но насколько лучше? И в чём вообще такие изменения будут измерять?
* — имя собеседника изменено
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.